Ангус Янг: «Эксл больше похож на Бона Скотта. У него грубоватый юмор»

ac dc live 2016

Никто не молодеет. «Странновато, наверное, выглядит старикан в школьном костюме, — говорит 61-летний гитарист AC/DC Ангус Янг. — Кто-то однажды сказал про меня: «Если смотреть издалека, он выглядит вполне свежо». Только когда подходишь ближе, можно увидеть, что вид у меня потрепанный». Ангус не особенно преувеличивает — он правда выглядит вымотанным, и это объяснимо. Он ведет группу вперед в самом сложном и, вероятно, последнем туре, который завершится 20 сентября в Филадельфии.

При этом он откровенно и весело — насколько это — рассказывает о серьезных проблемах со слухом у вокалиста Брайана Джонсона, которые вынудили его отказаться от участия в туре; о последовавшем за этим предложении вокалиста GUNS N’ROSES Эксла Роуза присоединиться к группе; о недавнем заявлении басиста Клиффа Уильямса о том, что этот тур будет его последним; наконец, о текущем состоянии здоровья экс-гитариста и его старшего брата Малкольма, который страдает от деменции. «Общаться сложно, — признается Ангус. — Я передаю ему сообщения. Не могу быть на сто процентов уверен, что они до него доходят. Но я даю ему знать, что очень много людей скучают по нему».

Эксл привык гнуть свою линию. Ему приходилось делать внушения — например, что надо приходить вовремя?

С ним все хорошо. Он сам готовится.  Перед тем как начать играть, мы сидим и о чем-то треплемся, решаем, какие песни будем играть. С ним нескучно. Сначала он из-за проблем с ногой не мог сходить с того трона, который позаимствовал у Дэйва Грола. Но как только он смог, то встал с него и начал двигаться.

Как так получилось, что Эксл заменил Брайана?

Эксл связался с одним парнем из продакшена. Он сказал: «Я знаю этих ребят.  У них есть трудовая этика. Они хотят закончить турне». Он сам предложил свои услуги. Пришел на нашу репетиционную базу в Атланте с выполненной домашней работой. У него была в запасе пара песен вроде «Touch Too Much» [с альбома 1979 года «Highway To Hell»] — «Вы можете сыграть эту вещь?» — «Нет, мы никогда ее не разучивали». Мы никогда не пытались играть ее вживую.

Эксл звучит больше как Брайан или как поздний Бон Скотт?

По своему стилю он больше похож на Бона — такой же рок-н-ролльный. И у него свой грубоватый юмор. И довольно острый язык. У Эксла широкий вокальный диапазон. Можно сначала услышать, что он похож на Бона. Затем он может переключиться и петь, как Брайан, в более высоком регистре.

Проблемы со слухом у Брайана были и до начала тура?

У него были проблемы, когда мы репетировали для фестиваля Coachella в 2015-м. Уже тогда у него одно ухо слышало хуже. Он повредил его в ДТП. Затем слух стал стремительно ухудшаться и на втором ухе. Мы были в Австралии, и там он сходил к специалисту. Перед каждым выступлением ему нужно было обследоваться и лечиться. В общем, слишком много стало с этим проблем.

Как вы думаете, решение Клиффа уйти из группы связано с уходом Брайана?

Клифф сообщил об этом еще до начала тура: эти гастроли будут для него последними. Не считая меня, Клифф был в составе группы дольше всех, с 1977-го. Клифф и Брайан примерно одного возраста. Они любят погулять, посидеть в пабах. Они друг друга с полуслова понимают.

Как вы решили проблему отсутствия Малкольма. Ваш брат Стиви его полностью заменил.

Иногда я ловлю себя на мысли во время концертов: «Это звучит в точности как у Мала». Когда Стиви был моложе, он всерьез изучал то, что делает Мал. Это непросто. Тут нужно быть серьезным, уверенным. Это стороны выглядит просто, а на самом деле — очень серьезная работа.

Манера игры Малкольма во многом была похожа на него самого — такая же наступательная, решительная.

Он старше меня — я всегда смотрел на него снизу вверх. В студии я баловался с гитарными звуками — и заигрывался до того, что вообще выпадал из песни. (Смеется.) Малкольм встраивал меня обратно — масштабным, жирным звучанием. Я сразу говорил: «Ох, ну ни фига себе!»

Вы не думаете сейчас, что нужно было уходить, когда Малкольм не мог больше продолжать? Что группа зашла слишком далеко?

Может, и так. Но Малкольм всегда сам был бойцом. В тяжелые времена он мог посмотреть на меня и сказать: «Сейчас мы пойдем и будем работать. Мы сядем и напишем несколько песен». У него был драйв, и я чувствую себя обязанным сохранить его — может, потому, что  мы с самого начала были с ним вместе.

Вы думали о собственном будущем после окончания тура? Вы ведь никогда не играли ни в какой другой группе. 

Это правда. Я пока не знаю, что буду делать дальше. Мы были обязаны завершить тур. Кто знает, что я буду чувствовать после? Когда ты говоришь: «Я собираюсь сделать то-то и то-то», всегда хорошо, когда в конце ты можешь сказать: «Я сделал все, что планировал».

Это всегда было основной нашей идеей, особенно когда мы были моложе — я, Малкольм, Бон. Ты должен прийти вовремя. Вечером ты играешь в пабе. Затем, поздно ночью, играешь в клубе. У тебя входит в привычку: если мы не будем играть, нам нечего будет есть.

Если бы у вас была возможность сыграть с кем-нибудь еще, кого бы вы выбрали?

Думаю, в этом случае вам нужно было бы воскресить из мертвых довольно много людей. (Смеется) Я бы поработал с Китом Ричардсом, сделал бы что-нибудь. У него такая же страсть к ритмам, как у Мала.

 

Источник: rollingstone.ru

Добавить комментарий

Ваш e-mail не будет опубликован.